| Размер шрифта: А+А-
Алексей Григорьевич Максименко

В жизни любого человека имеется масса примеров, когда встреча с интересными людьми круто меняет всё представление о жизни того, о котором, казалось бы,  знаешь если не всё, то очень много, и ничего уже невозможно добавить.

Но, чем чаще общаешься с собеседником, тем больше понимаешь, что перед тобой открыты только первые страницы книги судьбы человека, и, чем интересней человек, тем больше хочется «прочесть всю книгу», до конца.

О неизвестных страницах судьбы Григория Ивановича Пивень, который жил по соседству с автором этого рассказа, и будет это повествование.

Из-за забора, где жила семья Пивень, раздался грохот упавшего железного корыта, звон разбитого стекла и «чертыханье» деда Гриши:

— Да, что б ты подох, зараза проклятая! Всё, гадина, я тебя сейчас жизни лишу!

— Что случилось, деда Гриша? — заглянув через забор, испуганно спросил сосед, увидев  взъерошенного деда.

— О! Здарова ночевали, Валерик! — обрадовался дед, будто увидел не сына своего друга, а как минимум родственника, — Что случилось, гутаришь?! Да ничаво: пятух, анчибел (бес — у казаков), налетел на меня, как коршун на куропатку!

— Ежли б я не утёк — стал бы на следующий день нести яйца, как курица, или — своих лишилси!

Дед Григорий сплюнул себе под ноги, шагнул к кухонному домику и, вспомнив, что за забором стоит и смеётся молодой сосед, остановился на полушаге:

— А, чаво это ты лыбишьси и не заходишь ко мне  в гости?! Пятуха испужалси?! Так, зараз я из него  «пособие для бульона» сотворю!

— Григорий  Иванович!  — пряча улыбку, сосед  «принял серьёзный вид»,- Я, конечно же, зайду к вам, но не  больше, чем на полчаса. А, петуха — пощадите — пусть хороводит с курями.

Пообещать и сделать — это не всегда одно и то же: вернее – совсем не одно и то же; сосед рассчитывал побыть в гостях полчаса, а задержался на все шесть.

Сначала было: «Да ты хучь присядь за стол — не то моя внучка замуж не выйдить!», следом:

—  «Ой! А, я такого борща наварил — давай тарелочку налью!», затем: «Знаешь, что, паря, а давай-ка ты оценишь мой домашний «чихирь»!

В ходе трапезы и дегустации «домашнего вина» пошёл не спешный разговор «о том, о сём».

– Вот, давеча, паря, я ездил на лисапете в «Сагаву», и смотрел, как на полях хлеба убирають. Это, я тебе скажу, совсем не та работа: сидишь себе в комбайне, вентилятор — обдувает, из транзистора — музыка льётся, а вот в мои годы…

— Мне, и моим двоюродным братьям, было по четырнадцать лет, когда окончилась война. Чтобы вспахать и засеивать поля, у нас  даже лошадей не было, не то, что тракторов!

— Было такое, паря, что председатель пытался запрячь баб в плуги! Но получил  от них отлуп и упокоился…

— А через полгода в колхоз по репарации пригнали буйволов.  Огромные такие, рогатые, но к нашему пацанячьему восторгу, смирные.

— Мы на них и пахали, и фураж на фермы развозили! В общем, это была такая подмóга для колхозников, что мы даже пылинки с волов сдували.

— И вот, паря, навалило у нас снега, как в Сибири! А хучь у нас Кавказ и Северный, но с Южным Уралом не сравнится! И выпадение такого количества снега, какового в ту зиму навалило по самые крыши станичных хат, не припоминали даже многие старики!..

— И вот в этих условиях буйволы были спасением: они пёрли арбы с сеном по сугробам не хуже, чем бульдозеры!

— Мы с хлóпцами, дежурили на фермах по очереди. И вот, выпала мне очередь везти сено на дальнюю ферму. Волы были запряжены в арбу, мне осталось загрузить её сеном и отвезти туда, куда требуется.

— Загрузили… И погнал я этих бугаёв по заснеженной балке. Дед Гриша закурил папироску и продолжил рассказ.

— Жили мы впроголодь, а смены были по двенадцать часов… Уставали мы сильно: и лет — не так уж и много, и сил — маловато! Словом, паря, подгоняю я волов: «Цоб-цабе, цоб-цабе!» и ненароком задремал… А они, «би́совы диты», свернули в сугроб и застряли: запёрлись в овраг — и не туды, и не сюды!

— Я их и уговаривал, и тянул за шлеи — ничего не получается! А на ферме, это я знал от мамы, уже коровы стали падать на коленки от недостатка пищи. Не привезу корм — падёт скотина!

— А что я могу сделать? Худющий, как кляча, и сил нема, бегаю вокруг волов и арбы, плачу от злости, а они, падлы, хлещут себя хвостами по бокам, а с места не двигаются!

— И тут, паря, приходит мне в голову гениальная мысль, как бугаёв заставить двигаться и везти арбу! Выдёргиваю я, значит, из стёганки кусочек ватки, скатал пару жгутиков, достал кресало и трут, высек искры, раздул жар на ватках и сунул их под хвост волам…

— Они, — стал пояснять дед Гриша, — имеют привычку: прижимать хвост, когда чувствуют прикосновение к данной части тела. Вот они, — крякнул «рационализатор», — и прижали…

— Когда бугаи решили, что у них под хвостом поселился рой оводов, которые одновременно укусили за то место, откель ноги растуть, — у них открылись способности рысаков, принимавших участие в стипль-чезе! Я не успел даже за арбу зацепиться, как они рванули в сторону фермы! Бегу и думаю: «Не успею догнать — они ворота снесут!». Слава Богу – догнал! Благо, что они колею, как после грейдера оставили!

— Я, паря, — усмехнулся дед, — взмок, пока их догонял, как лошадь, пены только не было! Ну и чаво жа! Загнал я их во двор, привязал к столбу и со скотниками стал разгружать сено. А они ревуть, задом вертять и своими головами матають.

— Скотники не поймут в чём дело, и стали у меня допытываться: что я с ними сотворил? Я молчу и трясусь от страха.

— И тут чёрт принёс ветеринара! Посмотрел он под хвост одному из буйволов, а там — волдыри и раны кровоточат. Он как заорёт: «Ты чего ж наделал, вредитель! Да я ж тебя, бисов сын!»…

— Выхватил он у скотника кнут, и давай меня им стегать! Лупит и приговаривает: «Будешь знать, как над скотиной измываться! Будешь знать, как нужно беречь колхозное добро! А чтобы ты почувствовал, каково было бугаям — я тебе ещё и сидалишше скипидаром намажу!».

У деда от воспоминаний запершило в горле, но он продолжил:

— Представил я, как мне дядька Пухиря будет лить скипидар на раны, так у меня сил столько появилось, что я вырвался из его крепких рук, как вьюн из бредня!

— Бегу по сугробам и боюсь обернуться: не гонится ли Пухиря за мною с бутылкой скипидара?! — Прибежал я домой, и стал искать место, где спрятаться от коновала, который за мной гнаться и не собирался! А мама в это время пришла покормить младшую сестру и увидела, как я сиганул под кровать, и стала меня расспрашивать: кто, где и за что меня излупцевал?

— Брехать маме у меня даже и мыслей никогда не было! Рассказал всё без утайки. За что получил ещё и от мамки!

— Две недели колхозный ветеринар мазал мазью раны волов. А вот мне «гадыпалачизаразы» после порки  припарки никто не ставил: «Хай так ходит, «кубанский кумпол»! Будет помнить, как издеваться над скотиной!»

Вот так «новаторская идея» юного Григория вышла ему крутым боком!

Алексей Григорьевич Максименко

Дорогие читатели, давайте знакомиться!

(можно выбрать несколько вариантов ответов, если все они относятся к Вам)


Post scriptum


Названия организаций и материалов из списков по данным ссылкам: », », » и любых других, запрещенных в РФ, употребляемые на страницах этого сайта, предполагают уточнение к ним: запрещены на территории России.

Мнение редакции интернет-журнала "Свет станиц" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций.




Ежемесячное обновляемое
ЭЛЕКТРОННОЕ СЕТЕВОЕ ИЗДАНИЕ

ISSN 2619-1539
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77-72412, выдано 28 февраля 2018 г.
Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

О проекте           Учредитель / издатель           Редакция           Наши авторы           Обратная связь / Контакты


© 2017-2022 «Свет станиц». Все права защищены. Правила пользования сайтом, использования и копирования информации с сайта, политика в отношении персональных данных (лицензия)


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: