смотреть лекцию →

слушать/скачать аудиоверсию →

Первым крупным событием начала XVII в., в котором существенную роль сыграло казачество, была Смута в России в 1603-1618 гг. В 1602 г. в Киево-Печерском монастыре появился некий человек, выдававший себя за царевича Дмитрия, сына царя Ивана Грозного. Историки до сих пор спорят по вопросу о том, кем же был Лжедмитрий I: высказываются мнения, что это был человек из окружения Фёдора Никитича Романова (отца будущего царя Михаила Фёдоровича), другая версия – это был незнатный шляхтич из Речи Посполитой.

В конце 1603 – начале 1604 гг. Лжедмитрий I посетил Запорожскую Сечь, заручившись поддержкой запорожцев. В результате в его лагерь под Черниговом в ноябре 1604 г. прибыло около 7 тысяч казаков, которые вместе с донским казачеством составили основное ядро войска. Позже к нему присоединилось еще около 10 тысяч запорожцев, которые после гибели «царевича» поддержали в 1607-1610 гг. следующего самозванца – Лжедмитрия II, гораздо больше зависевшего от помощи польских союзников, чем его предшественник.

Смута в России. 1603-1618 гг.

В период Смуты 1603-1618 гг. русское, прежде всего, донское казачество сыграло важную роль. Одной из важнейших причин Смуты было то, что русское, так же, как и украинское, казачество стремилось приобрести хотя бы часть привилегий дворянства, прежде всего, права владения землёй. Как установил А.Л. Станиславский, русское казачество в этот период заимствовало практику приставств, которые в России, в отличие от Речи Посполитой, где казаки брали в приставства королевские земли, брали ещё монастырские и частновладельческие земли.

Тысячи казаков были в войске короля Сигизмунда III, который официально вступил в войну в 1609 г., осадив Смоленск. Позднее, во время военных действий против России в 1611-1613 гг. только на легальной королевской службе их числилось 30 тысяч. Вследствие такой численности польские силы тем более стремились прилечь казачье войско на службу, что военная кампания против России шла с переменным успехом – в конце октября 1612 г. II ополчению под руководством Д. Пожарского и К. Минина удалось освободить Москву, а в феврале 1613 г. Михаил Романов был выбран царём, хотя в Речи Посполитой считали царём королевича Владислава. В 1618 г. королевич решил отправиться в поход на Москву, чтобы отобрать власть у царя Михаила Фёдоровича. За участие в походе казаки потребовали очередного расширения привилегий, что и было им дано королевской властью – Ольшанское соглашение (1617 г.), предусматривавшее право выбирать гетмана на казацкой раде (совете), правда, польские власти соглашались расширить казацкий реестр только до 1 тыс. чел. Вместе с Роставицким соглашением, заключённым уже после Московского похода, в 1619 г., расширявшим реестр до 3 тыс., они окончательно сформировали базовые институты Войска Запорожского: рада и казацкий круг; деления на полки, сотни и десятки во главе с полковниками, сотниками и десятниками (атаманами); упрочение военных должностей есаулов, то есть гетманского штаба, обозных, заведовавших артиллерией, военного писаря, прапорщиков (хорунжих); появление с тех пор обязательных горнистов и довбышей, подающих боевые сигналы.

В итоге украинские казаки численностью в 20 тыс. чел. пришли на помощь польскому войску. Соответственно, украинские казаки сыграли важную роль в кампании 1618 г., совершив рейд через южные уезды Русского государства. Кроме того, они деятельно участвовали в осаде Москвы в октябре того же года. Впрочем, уже в конце того же 1618 г., после заключения Деулинского перемирия, три сотни запорожцев перешли на службу к московскому царю, действуя по обычным традициям военных наемников, предлагавших свою саблю каждому, кто хорошо платит, а сам гетман, возглавлявший поход Запорожского Войска на Москву, Петр Сагайдачный, в январе 1620 г. отослал в Москву посольство с предложением «служить головами своими».

Далее нужно сказать несколько слов о Петре Сагайдачном. Как считают историки, он родился около 1582 г. в семье Конашевичей-Попелей, православной шляхты из-под Самбора. В 1580-1590-х гг. он учился в Острожской школе; на протяжении второй половины 1590-х Сагайдачный, вероятно, служил у киевского земского судьи Яна Аксака и к 1600 г. оказался на Запорожской Сечи. Явным лидером казацкого сообщества Сагайдачный стал после того, как под его руководством было осуществлено несколько громких и невиданных по своей дерзости и успешности морских походов против Османской империи в 1614-1616 гг. Первое достоверное свидетельство о нём как о гетмане относится к 1616 г.

Казаки снова понадобились Речи Посполитой в ходе Хотинской войны 1621 г., когда в ответ на успешные вылазки казаков в Чёрное море и польское вмешательство в дела дунайских княжеств Варшаве объявила войну могущественная Османская империя. В конце августа 1621 г. султан Осман II пришёл к пограничной крепости Хотин со 150-тысячным войском. Король Сигизмунд III смог собрать только 35 тысяч воинов, поэтому поляки были вынуждены снова вступить в переговоры с казаками. Казаки потребовали, чтобы король согласился восстановить православную церковную иерархию, на что тот был вынужден согласиться. В последние дни перед началом боев к коронным отрядам присоединилось более 38 тысяч казаков во главе с П. Сагайдачным и Я. Бородавкой. Стоит отметить, что накануне похода султан тоже засылал на Сечь своих лазутчиков, подговаривая к союзу и обещая опеку автономной казацкой округе со столицей в Киеве или Каменец-Подольском. Кровопролитные позиционные бои, главный удар которых приняли на себя казацкие отряды, длились в течение всего сентября, пока в октябре 1621 г. не было заключено перемирие. Казаки также поспособствовали победе Речи Посполитой, отправив на Чёрное море флотилию, успешно сражавшуюся с турецким флотом.

Однако братство по оружию, объединившее казаков со шляхтой в борьбе против общего врага, сохранялось недолго. Смерть Петра Сагайдачного 10 апреля 1622 г. от раны, полученной в Хотинской войне, разожгла тлеющий пожар вражды, которую до этого гасил дипломатический талант авторитетного казацкого гетмана.

Под защитой Войска Запорожского при Сагайдачном был осуществлен и такой весомый общественный акт, как восстановление православной церковной иерархии. В 1595 г. была заключена Брестская церковная уния, предполагавшая переход Киевской митрополии (подчинявшаяся Константинополю православная церковь Речи Посполитой) в подчинение папы римского с сохранением «восточного» (т.е. православного) обряда. В поддержку унии выступило большинство иерархов митрополии, включая тогдашнего митрополита Михаила Рагозу. Из епископов только перемышльский владыка Михаил Копыстенский не поддержал унию. В итоге королевская власть отныне стала считать единственной законной Киевской митрополией униатскую, а православная оказалась вне закона. По этой причине со временем у православной Киевской митрополии возникла проблема с поставлением новых епископов и митрополита. В 1620 г. православные Речи Посполитой решили воспользоваться проездом через украинские земли возвращавшегося в Иерусалим из поездки в Москву иерусалимского патриарха Феофана. Поскольку патриарх дал согласие на поставление митрополита и епископов, польские власти санкционировали его арест, но казаки взяли его под защиту, и он смог с их помощью после поставления киевским митрополитом Иова Борецкого беспрепятственно уехать в Османскую империю.

Кроме того, о сближении казачества и православной церкви также говорило и то, что накануне Хотинской войны, когда Сагайдачный приезжал в Варшаву для того, чтобы заручиться обещанием короля «успокоить греческую религию», его сопровождал князь-монах, игумен казацкого Трахтемировского монастыря Езекиил Курцевич.

Это превращало казацкое сообщество в официального защитника православной церковной жизни. Если до восстановления православной иерархии при помощи казаков, последние в целом мало интересовались религиозными вопросами, то теперь они фактически объединили свою, чисто казацкую, программу борьбы за свои социальные интересы с религиозной программой церкви.

Наделение Войска Запорожского нимбом героики Древней Руси стало первым шагом к фундаментальному изменению общественных структур. На глазах менялась руководящая сила православного сообщества: на смену старой княжеской аристократии, которая возглавляла Русь со времен Киевской державы, первый шаг к политическому лидерству сделала казацкая старшина в лице Петра Сагайдачного и его приближенных. В этом намерении молодую политическую элиту поддержала оказавшаяся на нелегальном положении Православная Церковь. И хотя после официального признания в 1632 г. православной иерархии при новом короле Владиславе IV Церковь, не нуждаясь в таком непредсказуемом союзнике, как казачество, заняла более осторожную позицию (этому способствовали переговоры между представителями православной и униатской церквей об объединении, в которых сторону православных представлял Адам Кисель), ситуация, как мы увидим дальше, уже вышла из-под её контроля.

Поводом к первому после смерти Петра Сагайдачного конфликту стало вмешательство запорожцев в крымские дела, где продолжалась междоусобная борьба между членами династии Гиреев, завершившаяся восхождением на престол в 1623 г. Мехмед-Гирея и его брата Шагин-Гирея. Когда в 1624 г. Стамбул попытался лишить обоих власти, братья обратились за помощью на Сечь. Весной 1624 г. отряд казаков осуществил поход на Кафу в интересах Мехмеда и Шагина, а в июле и августе, когда турецкий флот отправился в Крым громить непокорных вассалов, запорожские «чайки», сжигая и грабя, трижды высаживались в предместьях Стамбула. В декабре 1624 г. Шагин-Гирей заключил с Войском Запорожским, как с отдельным государством, формальный договор.

Тогда же, в 1624 г., на Запорожье по протекции митрополита Иова Борецкого появился некий Александр Яхия, называвший себя сыном султана Мехмеда III (1595-1603) и гречанки-христианки и искавший союзников для организации династического переворота. Хотя из этих планов ничего не вышло, казацкая дипломатическая активность обеспокоила королевский двор. Каплей, переполнившей чашу терпения, стала реакция запорожцев на требование правительства воздержаться от морских походов (весной и летом 1625 г. были осуществлены целых три вылазки на побережье Босфора).

Осенью 1625 г. карательное войско численностью 8 тысяч жолнеров во главе с польным гетманом Станиславом Конецпольским быстрым маршем двинулось на Украину и подступило к Черкассам, на несколько дней опередив запорожцев, которых вывел из Сечи гетман Марк Жмайло.

Решающая битва имела место с 19 по 22 октября сначала на р. Цыбульник под Крыловом, а затем около Курукового озера в урочище Медвежьи Лозы, куда отступил Жмайло.

Казацкое восстание под руководством Марка Жмайло (1625 г.).

Казаков к этому времени насчитывалось около 20 тысяч, а воинов Конецпольского около 17-18 тысяч, учитывая и надворные отряды магнатов, присоединившиеся к коронной армии. Характерным образом ее состав определяют тогдашние российские источники: «поляки и ляхи» («поляками» здесь названы люди из отрядов киевских панов-русинов — Немирича, Ельца, Стрибиля и др.). Штурм казацкого лагеря не принес успеха, поэтому С. Конецпольский предложил мирное соглашение. Его условия на протяжении нескольких дней бурно обсуждала казацкая рада; на ней же Михаилу Дорошенко, представителю умеренной части реестровцев, вручили гетманскую булаву. В конечном итоге 5 ноября 1625 г. был заключен мир, казаки принесли присягу, а на прощание польный гетман «приветствовал и угощал» Дорошенко и его старшину у себя в ставке в знак окончательного примирения. Куруковское соглашение устанавливало реестр в 6 тыс. чел.; казаков обязывали сжечь «чайки» и в дальнейшем воздерживаться от морских походов, не вступать в отношения с иностранными правителями и не вмешиваться в дела городских и замковых урядников. У выписанных из реестра казаков теперь не отбирались казацкие права, но они обязывались переселиться в одно из шести староств, которые отныне становились резиденциями шести казацких полков: Черкасского, Каневского, Корсунского, Чигиринского, Белоцерковского и на левом берегу Днепра Переяславского. А тот казак, который хотел бы и впредь владеть землей на территории магнатских латифундий, автоматически превращался в зависимого.

Согласие продлилось пять лет. Начало войны со Швецией за побережье Балтики, длившейся с 1626 по 1629 г. (Сигизмунд III – представитель шведской династии Ваза, хотел получить положенный ему по порядку престолонаследия шведский престол), опять вынудило увеличить казацкий реестр, перечеркнув главный пункт Куруковского соглашения. Параллельно в 1628 г. возобновилось соперничество Мехмед-Гирея и Шагин-Гирея с султаном, в которое вновь были втянуты запорожцы. На сей раз по политическим соображениям это было на руку правительству Речи Посполитой, поэтому власть закрыла глаза на новые казацкие экспедиции в Крым, что свело на нет и другие договоренности, к которым пришли на Куруковом озере. Последующие же события разворачивались уже по инерции, спровоцированной случаем. В крымском походе погиб Михайло Дорошенко. И когда избранный вместо него другой представитель умеренной старшинской группы, Григорий Савич-Черный, в ходе очередного пересмотра казацкого реестра в январе-феврале 1630 г. потребовал, чтобы 300 выписанных из него запорожцев прибыло с артиллерией в гетманскую ставку, если хотят быть восстановленными, ответом стал мятежный уход запорожцев «на волость».

Там их ожидал горючий материал: после завершения Шведской кампании в Украину вернулось много казаков, не внесенных в реестр, а к тому же на Киевщине впервые были размещены на постой выведенные из Прибалтики жолнеры, чинившие произвол и грабившие население. Около 10 тысяч запорожцев во главе с Тарасом Федоровичем (Трясилом) в конце марта 1630 г. подошли к Черкассам, застав Черного врасплох, и в местечке Боровице осудили его и четвертовали как изменника, отрубив сначала руки, а затем голову.

С именем Тараса Трясила связаны первые в казацкой истории универсалы, обращенные ко всем, кто «был когда-либо казаком и кто хочет им стать», — с призывом сражаться «за веру и старинные вольности». На призыв повстанцев начали стекаться казаки-выпищики (т.е. выписанные из реестра), мещане (горожане) и «окозаченные» крестьяне, а когда Федорович подступил к Корсуню, на его сторону перешло и большинство сосредоточившихся там реестровых казаков. Параллельно вспыхнули бунты по селам, поэтому, как писал Конецпольский, «никто из местной шляхты не чувствовал себя в безопасности в своем доме». На подавление восстания было выслано сначала несколько кварцяных рот, которые оттеснили казаков на левый берег Днепра, в Переяслав. С подходом основной армии бои стали более ожесточенными и длились около трех недель, но взять казацкий лагерь не удалось. После того как по инициативе умеренной старшины начались мирные переговоры, Трясило вместе с частью казаков покинул лагерь и отступил на Сечь. В итоге 8 июня в 1630 г. было подписано Переяславское соглашение, по которому казаки соглашались выполнять пункты Куруковского трактата, а Конецпольский предоставлял амнистию участникам восстания. Запорожцы в который раз пообещали сжечь «чайки» и не выходить в море, зато реестр был увеличен до 8 тысяч.

Станислав Конецпольский назвал всю Переяславскую войну «комедией», потому что на самом деле она ничего не изменила. Сразу после подписания соглашения запорожцы осуществили очередное нападение на турецкое побережье близ Килии и Варны, а в 1632 г. король, начиная войну с Московией, объявил расширенный набор в реестр.

В Смоленской войне, которая велась на протяжении 1632-1634 гг. и завершилась капитуляцией московского войска и окончательным переходом к Речи Посполитой Смоленской и Чернигово-Северской земель, участвовали крупные казацкие силы.

Смоленская война (1632-1634 гг.). Кампания 1633 г.

В частности, только на Северщине под командой Адама Киселя и князя Иеремии Вишневецкого действовало около 20 тысяч казаков; другой отряд во главе с гетманом реестровцев Тимофеем Орендаренко принимал участие в осаде Смоленска и воевал под Вязьмой, Ржевом и Калугой.

Военно-политическая конъюнктура уже в который раз перечеркнула намерения правительства максимально сократить численность казачества. Между тем на Украине нарастали трения между радикальными и умеренными казацкими группировками, и время от времени вспыхивали локальные выступления. В частности, в Нежине весной 1631 г. произошло ожесточенное вооруженное столкновение казаков с коронными жолнерами (солдатами); какие-то казацкие ватаги без ведома и вне контроля казацкого гетмана стекались в Лубны, Остер, Переяслав и Черкассы, а на казацкой раде в Каневе в начале 1635 г. вновь подстрекал к восстанию неутомимый Тарас Федорович.

Ответом на это предгрозовое напряжение стало очередное постановление сейма 1635 г., согласно которому в Киевское воеводство вводилось квартовое войско и устанавливалась смертная казнь для всякого реестровца, который «проявит себя как мятежник, непокорный нашим гетманам, своим начальникам и своей старшине, или как инициатор черной рады» («черными» назывались рады, созываемые не старшиной, а казацкими низами — «чернью»). По предложению Станислава Конецпольского этот же сейм постановил построить крепость над первым из порогов, Кодацким, чтобы перекрыть подвоз хлеба и боеприпасов на Сечь, а одновременно и контролировать выход запорожцев в Поднепровье.

Крепость возвели немедленно, с марта по июль 1635 г.

Не менее оперативной была и казацкая реакция на ее появление. В начале августа отряд запорожцев во главе с Иваном Сулимой, возвращаясь из морского похода, захватил Кодак, перебил замковый гарнизон и разрушил крепостные укрепления.

Восстания под руководством Т. Федоровича (Трясило) (1630-31 гг.) и И. Сулимы (1635 г.).

Сразу же после этого И. Сулиму окружили на одном из днепровских островов, и находившиеся в отряде реестровцы, согласившись с требованием королевского комиссара, сожгли на его глазах «чайки» и предательски выдали главарей.

Троих из них, в том числе И. Сулиму, четвертовали в Варшаве, а четвертого, Павла Бута, помиловали по ходатайству коронного канцлера Томаша Замойского. После этого эксцесса время затишья, отпускаемое перемириями, становится все более коротким. «Стоглавая казацкая гидра», как тогда называли казачество политики Речи Посполитой, вновь зашевелилась уже в первой половине июля 1637 г., когда на Сечи провозгласили гетманом помилованного товарища Сулимы Павла Бута (Павлюка).

Пытаясь опередить события, военное руководство срочно устранило тогдашнего реестрового гетмана Василия Томиленко, заподозренного в контактах с запорожцами, и назначило временным «старшим» переяславского полковника Савву Кононовича. Павлюк отреагировал на это универсалом к переяславским казакам, объявив в нем Кононовича и его приближенных изменниками, которых надлежит «поймать и доставить в Войско».

Казацкие восстания под руководством П. Бута (1637 г.) и Я. Острянина (1638 г.).

В конце июля 1637 г. отряды Павлюка выступили из Сечи, заложив лагерь в Крылове близ Черкасс, куда был доставлен Савва Кононович, его писарь Федор Онушкевич и несколько других старшин; там же на казацкой раде им был вынесен смертный приговор. Повстанческие отряды, состоявшие из казаков-выпищиков, мещан и «оказаченных» крестьян, начали нападать на шляхетские усадьбы. Однако эти призывы не произвели желаемого эффекта: значительная часть реестровцев не поддержала восстания, напротив, выступила против него в составе войска польного гетмана Николая Потоцкого, которому была поручена карательная экспедиция. Поэтому кровопролитная битва под Кумейками близ Канева, состоявшаяся 16 декабря 1637 г., оказалась в известной степени братоубийственной — первой в череде подобных битв, которыми изобилует украинский XVII век. Силы Бута потерпели сокрушительное поражение и были вынуждены с большими потерями (по тогдашним данным, до 5 тысяч) отступить на юг, под местечко Боровица около Черкасс. Там, при посредничестве православного шляхтича Адама Киселя, начались переговоры, в ходе которых повстанцы выдали польному гетману Бута и других своих главарей.

Бута вместе с полковниками Василием Томиленком и Григорием Лыхим, как и их предшественников, четвертовали в Варшаве; схваченного позже киевского сотника Богдана Кизима Потоцкий приказал предать позорной с точки зрения воинских обычаев казни — посадить на кол (это произошло в Киеве в первые дни января 1638 г.). К весне 1638 г. в воздухе запахло очередной войной. Королевский комиссар, который безуспешно пытался опередить события, взяв в марте силами реестровцев Сечь, должен был признать их ненадёжность. Во второй половине марта запорожцы под предводительством новоизбранного гетмана Якова Острянина выступили на левый берег Днепра, обратившись с воззваниями теперь уже не к казакам, а ко «всему русинскому народу», даже к православным шляхтичам в отдаленных уголках Подолья, Волыни и Покутья.

Восстание мгновенно охватило и Левобережную Украину, и на этот раз ситуацию удалось переломить только благодаря вмешательству надворного войска князя Яремы Вишневецкого.

После нескольких крупных боев, особенно в июне под местечком Жовнином, где восставшие потерпели серьезное поражение, Острянин с ближайшей старшиной и несколькими сотнями казаков, прорвав осаду, ушли на территорию России, где осели в районе Чугуева. Острянин добился царской аудиенции, на которой получил щедрые подарки. Жившие под Чугуевом казаки постоянно вступали в конфликты с местным русским населением. В 1641 г. они посчитали виновным в своих невзгодах Я. Острянина, казнили его на казацкой раде, а затем, опасаясь санкций со стороны российской администрации, по большей части вернулись в Речь Посполитую.

Около 20 тысяч осажденных под Жовнином не капитулировало, избрав вместо Остряницы одного из героев Павлюковой войны — Дмитрия Гуню. 10 июня они окопались на выгодной позиции в устье одного из днепровских рукавов — так называемой Старице. Старицкий лагерь, укрепленный, как писали очевидцы, «от воды к воде», под непрерывным обстрелом и атаками выдержал шестинедельную осаду, ожидая помощи из Сечи. Однако казакам, которые везли запасы продовольствия и оружия, пробиться к осажденным без потерь не удалось: пушки были отбиты противником, а еды было привезено всего лишь на два дня. Эта неудача надломила осажденных. Но и коронное войско было истощено и утомлено не меньше, поэтому 3 августа 1638 г. начались переговоры.

Финал кампании был уже почти традиционным, разве что без требования выдать главарей, потому что Гуня с несколькими старшинами накануне покинул лагерь. Казаки передавали польному гетману оружие и войсковые клейноды, а также присягали быть покорными. Впервые принесли взаимную присягу не мстить друг другу запорожцы и реестровцы, потому что в этой войне, как и в войне Павлюка, они воевали в разных лагерях. В конце ноября 1638 г. в урочище Маслов Став состоялась «завершающая комиссия с казаками». Согласно «Ординации Войска Запорожского», которую еще весной принял сейм, а теперь подписала старшина, казачество принимало новые условия своего существования в Речи Посполитой. Оно должно было согласиться с ликвидацией выборности гетмана и полковников (отныне их заменяли назначаемые королем комиссар и полковники из благонадежной шляхты); артиллерию и клейноды Войско Запорожское передавало в руки упомянутого комиссара; подтверждался шеститысячный реестр с делением на шесть полков в соответствии с Куруковским соглашением. Все не вошедшие в реестр превращались в мещан королевских городов или в панских подданных. Была восстановлена и Кодацкая крепость, чей гарнизон в 700 жолнеров должен был сторожить путь на Запорожскую Сечь; а на самой Сечи отныне постоянно находился отряд реестровых казаков, состав которого следовало периодически обновлять, чтобы реестровики не успевали соблазниться «своеволием». Так Речь Посполитая, как тогда казалось ее политикам, разрубила узел проблем, связанных с казачеством. После этого в Речи Посполитой установился «Золотой покой» – 10 лет казаки не восставали. Однако ситуация на Украине была потенциально взрывоопасной, ведь проблемы не были решены, предпосылки недовольства казаков не ликвидированы.

Александр Сергеевич Алмазов 
Кандидат исторических наук, доцент кафедры источниковедения и специальных исторических дисциплин Исторического факультета Государственного академического университета гуманитарных наук. 
 
 
 

Дорогие читатели, давайте знакомиться!

(можно выбрать несколько вариантов ответов, если все они относятся к Вам)


Post scriptum


Данные слова, употребляемые на страницах этого сайта, предполагают указанные в скобках соответствующие уточнения к ним: «Правый сектор» (запрещена в России), «Украинская повстанческая армия» (УПА) (запрещена в России), «Исламское государство» (ИГИЛ) (запрещена в России), «Джабхат Фатх аш-Шам» бывшая «Джабхат ан-Нусра» (запрещена в России).

Мнение редакции интернет-журнала "Свет станиц" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций.




Ежемесячное обновляемое
ЭЛЕКТРОННОЕ СЕТЕВОЕ ИЗДАНИЕ

ISSN 2619-1539
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77-72412, выдано 28 февраля 2018 г.
Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

О проекте           Учредитель / издатель           Редакция           Наши авторы           Обратная связь / Контакты


© 2017-2019 «Свет станиц». Все права защищены. Правила пользования сайтом, использования и копирования информации с сайта, политика в отношении персональных данных (лицензия)


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: